Мы в СМИ

04 мая 2009

"Юридические компании меняют ориентиры". Комментарий президента Самвела Караханяна для BFM.ru

В кризис на юридическом рынке происходят не только процессы, характерные для бизнеса в целом (задержки платежей, сокращения персонала, общее падение спроса). Здесь, как и в «сытое» время, действуют свои законы.

Согласно исследованию, проведенному компанией LegalStudies.RU с сентября 2008 года по апрель 2009 года, за это время изменений в рублевых ставках юристов не произошло — они понизились лишь в евро и долларах. При этом почасовые ставки сотрудников российских юридических фирм находятся в прямой зависимости от размера компании. Если в организации работает до 10 юристов, то за час они в среднем получают от 2500 рублей (младший юрист) до 9500 (партнер). По мере увеличения количества работников оплата их труда растет, и в фирме, где работает более сотни юристов, ставки колеблются уже в пределах от 5 до 16,5 тысяч рублей в зависимости от занимаемой должности.

«Юристам не хватило харизмы поднять свои ставки в рублях, исходя из девальвации, — объяснил BFM.ru управляющий партнер LegalStudies.RU Александр Хвощинский. — Эту возможность имело очень небольшое количество операторов рынка — глобальные компании, которые всегда рассчитывали стоимость услуг в иностранной валюте, и российские юридические фирмы, имеющие сильный пул иностранных клиентов. Те, кто работал хорошо, благодаря кризису имеют шанс научиться работать еще лучше. А для тех фирм, которые не умели работать и управляли своей практикой некачественно, наступили тяжелые времена. Перераспределение долей рынка между фирмами происходит сейчас очень активно».

Меняется и спрос в различных сегментах юридического рынка. По данным Хвощинского, неизменно востребованы проекты, требующие глубокой экспертизы и предполагающие участие большой команды юристов. Эксперт отмечает, что спрос упал в первую очередь на услуги «низкой ценности» — ведение гражданских и семейных дел, обслуживание малого бизнеса. Зачастую потребность в юридической помощи в подобных случаях удовлетворяется самостоятельно: граждане подают иски собственными силами, предприятия обходятся штатными юристами.

Президент коллегии «Барщевский и партнеры» Самвел Караханян наблюдает развитие юридического бизнеса в сегменте банкротств, корпоративных разделов и налоговых споров. «Поступления в бюджет сильно упали, и фискальные органы пытаются заполнить бюджет — в том числе такими способами, которые вызывают вопросы с точки зрения их обоснованности», — рассказал BFM.ru Караханян.

«В рамках нашей фирмы мы сталкиваемся с проблемой задержек платежей, но заказы уменьшились только в нескольких практиках — M&A и банковско-финансовой сфере», — отмечает Сергей Аксенов, управляющий партнер юридической фирмы Lidings, обслуживающей исключительно иностранный бизнес на территории РФ. По его словам, активизировался сектор real estate — кризис стал поводом для иностранных инвестиций, так как земля и недвижимость подешевели.

Кризис не только способствует перераспределению спроса, он повлиял и на структуру рынка. На российском рынке юридических услуг представлены три типа организаций: адвокатские образования, российские и международные фирмы. При этом иностранные фирмы, как правило, обслуживают российские транснациональные компании, сопровождая крупные сделки и проекты.

Тенденция к привлечению партнеров из-за рубежа наметилась еще в докризисные времена. В 2007 году известный российский адвокат Генрих Падва и британский арбитр Катерина Хэслам-Джонс организовали совместную юридическую практику под названием Padva, Haslam-Jones & Partners LLP. Фирма осуществляет юридическое сопровождение деятельности и представление интересов международных корпораций, небольших компаний и частных клиентов в России и Великобритании.

«Для юридических фирм, работающих в разных странах, характерны альянсы по принципу «лучших друзей». Они обслуживают преимущественно национальных клиентов и договариваются об определенных принципах взаимодействия и взаимных рекомендаций, — рассказал BFM.ru Александр Хвощинский из LegalStudies.RU. — Как правило, такие альянсы не работают по принципу «одного окна»: клиент, обратившийся в российскую юридическую фирму, в любом случае получает базовый консалтинг в России, а для зарубежной экспертизы нанимаются юристы другой юридической фирмы, с которыми устанавливаются стабильные партнерские связи, иногда основанные на личных контактах».

В декабре 2008 года сотрудники одной из крупнейших в России юридических фирм, «Пепеляев, Гольцблат и партнеры», узнали об уходе управляющего партнера Андрея Гольцблата. Вместе с ним в новый совместный проект с британской юрфирмой Berwin Leighton Paisner, получивший название Goltsblat BLP, ушли 70 юристов — из корпоративной, таможенной, коммерческой, судебной практики, а также специалисты в области недвижимости, интеллектуальной собственности и трудового права.

В качестве причины раздела компании назывались разногласия при распределении прибыли. С самого начала налоговая практика, курируемая Пепеляевым, приносила гораздо больше доходов, чем корпоративная, за которую отвечал Гольцблат, однако к 2008 году доходы от обоих направлений почти сравнялись, а прибыль по-прежнему распределялась в соответствии с долями (65% на 35%).

Сергею Пепеляеву пришлось срочно предпринимать ответные меры, чтобы сохранить репутацию компании. В феврале-марте 2009 года к «Пепеляев, Гольцблат и партнеры» присоединились юристы из международных юридических и консалтинговых компаний — Hannes Snellman, Deloitte & Touche и Baker & McKenzie, специализирующиеся на корпоративном праве, недвижимости, трудовом праве, антимонопольном законодательстве, сделкам M&A и коммерческом праве.

«Сейчас российские компании пользуются подобными формами сотрудничества, альянсами или слияниями, поскольку на рынке стало меньше работы, — объясняет Сергей Аксенов из Lidings. — Кризис — хорошее время, чтобы предпринимать шаги, невозможные при активном обороте сделок. Иностранцы либо вливают российские фирмы в свою структуру, либо создают совместный бренд, а потом отсеивают ненужных сотрудников. Остается 15–20 человек — это так называемые rainmakers, в том числе партнеры, которые приводят клиентов и проекты. В дальнейшем покупаются или переманиваются дорогие юристы».

По словам Александра Хвощинского, альянсов, построенных на принципах единого корпоративного управления и объединяющих фирмы в разных странах, кроме Goltsblat BLP в России нет. «Впервые в российской практике юридическая фирма может с достоверностью пообещать клиентам собственными силами оказать юридические услуги, требующие специальной квалификации и экспертизы по зарубежному праву, не привлекая дополнительных партнеров и субподрядчиков», — говорит эксперт.

По такому же принципу работают московские офисы многих глобальных юридических фирм, однако они строились в России исключительно по решению центра. Появление совместной российско-британской компании произошло вопреки кризису, считает Хвощинский, ссылаясь также на мнение лондонских журналистов и участников рынка.

Тем не менее, юрист называет создание Goltsblat BLP логичным и своевременным, поскольку в условиях кризиса клиенты добиваются оптимизации стоимости закупаемых услуг, в том числе и юридических. «Заняв эту нишу, Goltsblat BLP в значительной степени лишила многих потенциальных конкурентов преимущества первенства, — полагает Александр Хвощинский. — Думаю, другим будет интереснее и перспективнее укреплять собственные позиции на российском рынке с тем, чтобы потом, уже создав крупные, устойчивые фирмы, вести диалог о возможном объединении с глобальными компаниями, предлагая мощную российскую команду».

Самвел Караханян из коллегии «Барщевский и партнеры» объяснил BFM.ru юридический механизм привлечения партнеров и капитала из-за рубежа. Организации, функционирующие в рамках закона об адвокатской деятельности, соответствующего права не имеют. Привлекать иностранное участие могут лишь коммерческие организации, которые оказывают юридические услуги, не подлежащие лицензированию. Разница между ними следующая: в адвокатских конторах субъектом оказания юридических услуг является непосредственно адвокат, а в коммерческих организациях — сама фирма.

«Многие международные компании (Baker & McKenzie, White & Case) предпочитают создавать здесь отдельные структуры, — отмечает Караханян. — Со стороны иностранцев действительно есть интерес: в одной из моих командировок мне предложили продать долю в коллегии «Барщевский и партнеры», однако когда я объяснил, что это в принципе невозможно, разговоры закончились. Мы можем только создать коммерческую структуру совместно с иностранцами».

https://www.bfm.ru/news/18726